Русификация в украине — идеология и практика кпсс-кпу часть 2

Налаживанию мижпоколинневого связи способствовали и непосредственные человеческие контакты с художниками, которым удалось выжить в сталинских концлагерях и вернуться в Украину. Такой знаковой фигурой 60-х стал Б. Антоненко-Давидович, вокруг которого собиралась талантливая молодежь. Большой общественный резонан имели выступления Антоненко-Давидовича с резкой критикой языковой политики 30-40-х гг. Не менее огласку получило критическое обсуждение проблем состояния украинского языка на конференции по вопросам культуры речи, состоявшейся в Киевском университете в 1963 Трудно переоценить ту роль в пробуждении национального сознания в массово русифицированном социуме, которую сыграла работа Ивана Дзюбы «Интернационализм или русификация?». В это время был основан ряд фундаментальных трудов по украинскому языку, литературе, истории (шеститомный «Украинский-русский словарь», одинадцятитомний толковый «Словарь украинского языка», «История украинской литературы» в двух томах, шеститомная " История украинского искусства «, многотомная» История городов и сел Украины ").
запчасти для иномарок

Началась публикация Украинской советской энциклопедии, вышедшей на украинском языке «Энциклопедия кибернетики». Б. Антоненко-Давидович был достаточные основания для высокой оценки труда языковедов 1960-х гг. В статье «Литера, по которой тоскуют», опубликованной в ноябре 1969 г .: "В последнее время мы много сделали в области языкознания, высоко подняли культуру нашего языка, посвятив этому делу, в частности, республиканскую научную конференцию 1963 года. А какой огромный количественный и качественный прогресс вперед сделали мы за эти годы хоть в словарном деле! В этом легко убедиться, хотя бы сравнив так называемый в быту «зеленый» Российско-украинский словарь нашего института языкознания издание 1948 и нынешний трехтомный Российско-украинский словарь того же института ". В то же время процессы либерализации общества в сутки хрущевской оттепели не тронули принципами советской языково-культурной политики. Русификация населения союзных республик оставалась ее главной задачей, а затем в соответствующих общесоюзных учреждениях в 1950—1960-х гг. Перешли к внедрению следующего этапа ассимиляции. Реформа образования, проведена в 1958, ввела в законодательство положение о свободном выборе языка обучения и свободный выбор изучение второго языка в российских школах, что закрепило господствующее новище русского языка в системе школьного образования. В 1960-х гг. Происходило количественное снижение украиноязычных книжных изданий, которые упали с 80% в 1950 до 66% в 1963 В общем украиноязычная книжная продукция в СССР в 1963 составила 3321 название, около 4,3% при 17% украинского населения. Аналогичная тенденция наблюдалась в области периодических изданий. В 1960-х гг. На русский язык постепенно перешла значительное количество изданий научной периодики. Так, в 1967 русскоязычные научные журналы и периодические сборники, изданные в СССР, количественно уже преобладали русскоязычные (соответственно первых получалось 197, вторых — 126). В это же время из московского центра поступает указание о распространении новой пропагандистской тезиса, согласно которому функция русского языка в СССР уже не ограничивается ролью средства межнационального общения — она провозглашается вторым родным языком нерусских народов СССР. Сначала этот тезис распространяется в лингвистической литературе и публицистике, а в 1961 ее канонизируется Никита Хрущев, введя в текст своего доклада на XXII съезде КПСС. "Нельзя не отметить растущее стремление нерусских народов к овладению русским языком, который стал фактически вторым родным для народов СССР, средством их межнационального общения, привлечения каждой нации и народности к культурным достижениям всех народов СССР и к мировой культуре. Процесс добровольного изучения русского языка, что происходит в жизни, имеет положительное значение для развития межнационального сотрудничества ". Поскольку доклад первого секретаря КПСС выполняла роль матрицы для средств массовой информации и сферы гуманитарных наук, тезис о русском языке как втором родной язык, несмотря на очевидную невозможность ее научного обоснования, становится обязательным в официальном языкознании союзных республик. В начале 60-х гг. в системе Академии наук СССР была создана Научный совет по проблеме "Закономерности развития национальных языков в связи с развитием социалистических наций ". Своей главной задачей Научный совет провозглашала координацию социолингвистических исследований в СССР. Однако научное изучение различных аспектов отношений языка и общества касалось только русского языка. В 1960-х гг. В российском языкознании появился ряд работ, посвященных исследованию изменений, произошедших в русском языке после 1917, изучению некодификованих форм речи — жаргон, арго, просторечия. На базе массового социолингвистического опроса В 1968 г. Была создана четырехтомный труд «Русский язык и советское общество», которую считают основополагающей для возникновения Московской школы функциональной социолингвистики. А у национальных республиках, в частности в СССР, обработки социолингвистической проблематике было подчинено политическим целям дальнейшего укрепления позиций русского языка и сужение функций местных национальных языков. Соответствующую направленность задач Научного совета «Закономерности развития национальных языков в связи с развитием социалистических наций» определенно иллюстрировала ее программа, опубликованная в передовой статье первого номера журнала «Вопросы языкознания» за 1962 Как свидетельствовал текст программы , главная задача совета состояла в создании теоретической базы для форсированной русификации ряда республик. После общей фразы о «полное равноправие всех народов и языков в СССР» в программе дальше приходилось, что на самом деле «равноправия» не для всех равно. Существуют языки более равноправные и менее равноправны, поскольку «сфера их дальнейшего функционирования далеко не одинакова». На этом основании языки народов СССР распределялись на перспективные и неперспективные. К первым были отнесены, кроме, конечно, «великого русского языка», армянскую, грузинскую, латышский, литовский и эстонский языки. Остальные языки попадали в разряд неперспективных. Примечательно, что в перспективных были отнесены те языки, носители которых проявляли национальную солидарность и оказывали сильное сопротивление русификации, не переходя на русский как язык повседневного общения. Несостоятельность вытеснить указанные языки из базовых сфер функционирования заставляла имперскую власть уважать их и именно на этом основании заносить в перспективных: «Они выполняют весь комплекс функций литературных языков, то есть обслуживают все сферы жизни и деятельности данных народов». Зато там, где русификация достигла заметных успехов, колонизаторы спешили утвердиться окончательно, хотя откровенно назвать нации и языка, что, по их мнению, уже не имели шансов на будущее, решились только в отношении национальных меньшинств Российской Федерации. Таким образом, украинский и белорусский языки, а также азербайджанская и речи республик Средней Азии были исключены из группы перспективных, а ряд следующих пунктов программы, в том числе перечень ее задач, свидетельствовал, что для «близкородственных языков» спланировано завершающий этап вливания в «большую русскую» язык. Например, один из пунктов анкеты, союзная Академия предлагала распространить «среди специалистов-языковедов, педагогов и в широких кругах интеллигенции», был сформулирован так:

15 Авг 2017

К сожалению, отзывы закрыты.